Благословенный куст — сказка о Розалин

Благословенный куст

сказка о хранительнице Цветущей Рощи

В самой сердцевине мира, где солнечный свет пьёт росу не из жажды, а из одной лишь радости бытия, раскинулась Цветущая Роща. Воздух там был густым и сладким, как мёд, и настоянным на аромате тысяч роз. Алые, как страсть, белые, как утренний снег, и жёлтые, как само солнышко, они пели тихую, беззвучную песню жизни.

Но царицей в этом многоцветном хоре были розы цвета утренней зари — нежные, бархатные, розовые. И была у этой рощи хранительница. Звали её Розалин, и имя её значило «Благословенный куст». Ибо она и была тем самым благословением, что даровала роще жизнь и красоту. Днём Розалин была подобна самому изысканному цветку: платье из розовых лепестков, волосы цвета спелой малины, а на щеках играл румянец, словно отблеск лепестков. Она порхала меж кустов, едва касаясь кончиками пальцев бутонов, и они тут же раскрывались, спеша порадовать её.

Быт Розалин был прекрасным ритуалом. С рассветом она собирала алмазную росу с паутинок и поила ею самые молодые побеги. Затем проверяла, не запутался ли где прыткий солнечный зайчик в колючих ветвях, и высвобождала его. Потом слушала шёпот корней, что тянулись к подземным ключам с живой водой, и напевала им в ответ старинные мелодии, от которых розы начинали благоухать сильнее.

Но с приходом ночи Розалин преображалась. Её тело начинало излучать мягкий, тёплый, розовый свет. Он был не ярок, но его хватало, чтобы озарять любимую рощу лунным сиянием. Она обходила владения, и каждый цветок, касаемый её сияния, отвечал ей крошечным мерцанием, как будто роща усыпала себя светлячками. Это был их тихий, сокровенный разговор — язык света и любви.

Так и текли её дни и ночи в ладу и гармонии. Она думала, что так будет всегда, ибо не могла представить мир без пения дрозда на рассвете и без аромата своих роз.

Но однажды утром всё изменилось. Розалин проснулась от непривычной тишины. Пропел дрозд, но песнь его показалась ей тревожной. Воздух был по-прежнему сладок, но в его густоте витала чужая нота — тонкая, как паутинка, и горькая, как полынь. Она выпорхнула из своего домика, сплетённого из плюща и шиповника, и замерла. Край рощи, что смотрел в сторону Глубоколесья — это логово Шепчущих Призраков. Они не атакуют физически, они сводят с ума, шепча голосами умерших и заманивая путников в самую чащу древнего и сумрачного леса, где даже тени боялись друг друга, — был осквернён.

Несколько кустов роз, ещё вчера полных сил, стояли поникшие. Их стебли почернели, будто обугленные, а лепестки, ещё не успевшие распуститься, съёжились и опали, превратившись в серую пыль. И от них не шёл привычный шёпот жизни — лишь тягостная, мёртвая тишина. Сердце феи сжалось от боли острее любой шиповной колючки. Она подлетела ближе, и её сияние, обычно несущее жизнь, бессильно скользнуло по почерневшим ветвям.

И тут она её ощутила. Остаточную, липкую магию, что висела в воздухе. Это был холод, от которого не согреться, и шёпот, в котором не было слов, лишь один сплошной злобный шипящий звук. Шшш-ш-шшш… По спине Розалин пробежала ледяная дрожь. Она знала старые предания, которые пели ей розы долгими зимними ночами. Она знала, что обитатели Глубоколесья боятся солнечного света и живого тепла её цветов. Но она знала и другое.

Это была работа Шепчущих Призраков Глубоколесья. Теней, ненавидящих всё живое и светлое, что стремились поглотить красоту и обратить её в тлен и забвение. Страх впервые поселился в её светящемся сердце. Но следом за ним пришла твёрдая, как гранит, решимость.

Её роща, её благословенные розы были в опасности. Призраки не отступят. Это была лишь первая ласточка, пробный коготь тьмы. Розалин расправила крылья, и её ночной свет заиграл новыми оттенками — не только нежности, но и гнева, и готовности к битве.

«Спите спокойно, мои любимые, — прошептала она погибшим цветам. — Ваша смерть не останется безответной. Я, Розалин, Хранительница этой рощи, не позволю тьме поглотить наш свет».

И, в последний раз коснувшись почерневшей ветки, она полетела прочь — к самой старой и мудрой розе в сердце рощи. Она должна была узнать, как остановить нашествие. Ибо она чувствовала — это было только началом.

А из чащи Глубоколесья, невидимые, но ощутимые, за ней наблюдали пустые глаза. И тихий, ползучий шёпот нёсся по земле: Шшш-ш-шшш…

Призраки явились, и Розалин готовится дать им отпор. Что она узнает от мудрой розы? И какая сила скрывается в её собственном свете, чтобы противостоять тьме? Это станет известно во втором сказе.